
— С избытком, — вздохнул Трифонов. — Значит, пока мы ломали головы на пустынном шоссе, как человек мог угодить под машину там, где движения практически нет, в километре от нас справа и слева кипела бурная жизнь, и запоздалый гость мог идти и к тем, и к другим.
— Получается, что так.
Капитан Куприянов вдруг вскочил с места. Его лицо походило на перезревший помидор.
— Черт! Как же я сразу не сообразил!
— Что с тобой, Семен? — удивился Трифонов.
— Можно мне позвонить? Срочно!
— Звони.
Капитан схватил трубку и набрал номер.
— Алло! Это приемный покой? Говорит капитан из милиции. Я был у вас вчера. Вы не могли бы мне подозвать доктора Корзухина? А, это вы, здравствуйте… Что?! — Куприянов долго молчал, слушал, потом положил трубку и сказал: — Четверо бомжей со свалки умерли в больнице сегодня утром. Диагноз: «Острое отравление». Вот вам и ответ, куда делись все бутылки из кабины Дейкина. Нам надо срочно ехать, трупы сюда переправить. — Он глянул на судмедэксперта Купченко. — Ну, работенки тебе подвалило, Валентин! Не завидую!
