В больницу Куприянов отправил Купченко с труповозкой, а сам заехал в отделение и, забрав с собой лейтенанта Стебликова, отправился на свалку. Стеб-ликов сел за руль «козлика».

— Ну что, лейтенант, как съездил сегодня в поселок. Зинаиду нашел?

— А что ее искать. Там все друг друга знают.

— И что она тебе интересного рассказала?

— Сначала я рассказал о гибели Дейкина. После этого пришлось целый час ее успокаивать. С бабой случилась настоящая истерика. Плохой из меня утешитель. Одним словом, ни вчера, ни сегодня она его не ждала. Сама у него с пятницы на субботу в Питере была. Они по воскресеньям не видятся. В понедельник обоим на работу спозаранку. Зинаида заметила, что Дейкин был вне себя. Неприятности на работе. Вроде как он привез на стройку раствор плохого качества, цемент застыл раньше положенного, хозяин пригрозил его выгнать и удержать из зарплаты деньги. Одним словом, мужик был расстроен и даже выпил. Раньше он при ней не пил. «Под банкой» у него изо рта кирпичи сыпятся, как он сам говорил, да и матерком начинал покрывать каждое словечко, будто лаком. А тут сорвался. Таким она его еще не видела. В субботу утром он извинялся. Понимал, в каком свете перед женщиной предстал. Зинаида-то с первым мужем из-за пьянки разошлась. Он знал об этом.

— Трудно поверить, что Дейкин пьяным поехал к ней в воскресенье. Второй раз она ему не простила бы.

— Согласен, — кивнул лейтенант. — Но, по ее словам, в этом районе у него других знакомых нет.

Стебликов остановил машину у шлагбаума перед свалкой. Грязи в весеннюю распутицу и впрямь хватало. Коренастый мужик в морском бушлате и в облезлой кроличьей шапке, прихрамывая, подошел к милиционерам.

— Шлагбаум открывать не буду. Все одно застрянете на своей таратайке. Пешком пошли, тут недалече. — Сейчас вам Колька все расскажет. Мужик от страху чуть не рехнулся. Сидит в своем курятнике и Богу молится. Отродясь ни в кого не веровал, одной ненавистью жил, а тепереча в монастырь собрался, грехи замаливать. Рехнулся мужик!