Граф пришел в ярость. У него на глазах деревенский увалень коснулся божественных рук его дочери! Зрелище было просто невыносимым.

   Но увалень обладал изрядной силой. Чтобы оторвать его от Брунгильды, придется затеять настоящее сражение. Рыцари будут только рады проучить негодяя, однако… А вдруг в суматохе пострадает его бесценное сокровище - его дочь? Нет, это животное надо одолеть не силой, а хитростью.

   - Послушай, дружище, - с напускной веселостью произнес граф. - Ты что ж, не успел увидеть мою дочь, как уже сватаешься к ней?

   Борк пропустил эти слова мимо ушей.

   - Я буду тебя охранять, - пообещал он девушке.

   - Как его зовут? - шепотом спросил граф у ближайшего рыцаря. - Имя вылетело у меня из головы.

   - Борк, ваше сиятельство.

   - Мой дорогой Борк, - с прежним напускным дружелюбием сказал граф. - При всем уважении к серьезности твоих намерений должен заметить, что моя дочь - благородного происхождения, а ты даже не рыцарь.

   - Так я им стану, - ответил Борк.

   - Тут одного желания мало, дружок. Ты должен совершить какой-нибудь отважный поступок, тогда я смогу посвятить тебя в рыцари, а уж после поговорим обо всем остальном. А пока ты даже не имеешь права брать мою дочь за руку. Почему бы тебе, как разумному и честному парню, не вернуться на кухню?

   Борк и виду не подал, что слышит графа, а продолжал глядеть в глаза девушки. Брунгильда сама нашла выход из щекотливого положения.

   - Борк, отныне я на тебя рассчитываю, - сказала она. - Но сейчас, если ты не вернешься на кухню, мой отец разгневается.