— Расческу, — буркнула она. Я не выдержала и рассмеялась, и потусторонняя зелень Этниных глаз стала еще ярче — будто их изнутри подсветил кто-то колдовским огнем. — Чего ржешь? Ты за него, что ли?

— Нет, просто настроение хорошее, — ради собственной безопасности соврала я. — А расческа твоя в чемодане осталась, мы это еще в аэропорту выяснили, помнишь? Возьми пока мою.

— А ты? — поинтересовалась Этна, с остервенением раздирая огненно-рыжие пряди. Они извивались, как живые, и разве что только не шипели. А так — натуральные змеи.

— А что я? У меня коса, заплела — и до вечера не думаю.

— Везуха, — завистливо вздохнула Этна, дергая особенно неподатливый локон. — А у меня короткие, не заплетешь.

— Ура, — флегматично порадовалась я. Все-таки ночь без сна начала сказываться на восприятии мира — все ощущалось как через прозрачную преграду. — Хоть в чем-то мне повезло. Надо порадоваться, пока поздно не стало…. Кстати, о радостях. Эта белая штука внизу — не наш мифический отель?

— «Медива», — нараспев прочитала Этна, вглядываясь в далекую вывеску. Оставленные без внимания волосы самопроизвольно вернулись к подобию вороньего гнезда. «Точно, живые, — подумалось мне. — Надо проверить потом, нет ли у Этны родственников среди аллийцев». — Похоже, что наш. Ну, наконец-то! Не прошло и года. Теперь-то начнется настоящий отдых!

Как выяснилось позже, мы рано расслабились. Уже в приемной развернулась очередная волна проблем, на сей раз с номерами. Вопреки заверениям турфирмы, одноместных и двухместных апартаментов на всех не хватило, и теперь горстка несчастных, включая и нас, с энтузиазмом делила оставшиеся «квартирки» на пять человек. С трудом отвадив троих разбитного вида друзей, явно отметивших впечатляющую фигурку Этны, мы договорились с вполне разумными на первый взгляд пожилыми дамами — то ли подругами, то ли матерью и великовозрастной дочкой.