— Что вас так рассмешило, Эри? — спокойно поинтересовался Астагвер.

— Простите, доктор, — сказал Эри. — Просто я вспомнил, как в свое время ответили нам те, кого вы называете правительством, и не смог удержаться.

— По существу. Посредник прав, — невозмутимо рассуждал Астагвер. — Они ведь ничего не навязывают… Послушайте, Артан, какого черта здесь так воняет спиртом?

Гигант смущенно завозился, пробормотав нечто невразумительное.

— Что вы собираетесь предпринять теперь, доктор? — поинтересовался Спинк.

Астагвер вздохнул.

— Готовить новый меморандум. Искать факты, подтверждающие нашу правоту. Рано или поздно Высший Совет должен понять, что…

— Вам не надоело составлять эти… бессмысленные письма? Обсуждать их на собрании организации, выслушивая часовые речи лицемеров из наших уважаемых коллег, бегать собирать подписи? — все более возбуждаясь, говорил Эри.

— Эри! — предостерег его Спинк.

— Что — Эри? Неужели не ясно, что все это бессмысленно и… простите, глупо!

— Эри! — еще раз крикнул Спинк.

— Это единственный доступный нам способ протеста, — сухо сказал Астагвер.

— Нет! — энергично возразил Эри. — Всего лишь один из способов, притом самый неэффективный.

— Я не могу предложить другого. Боюсь, его просто нет. По крайней мере, в настоящее время.

— Извините, доктор, — негромко, но твердо сказал Спинк. — Другой путь есть.

Астагвер слабо усмехнулся:

— Дорогой Спинк, вы думаете, я ничего не вижу? Ваших заговорщических перешептываний, встреч в лаборатории по вечерам, ночных прогулок? К счастью, возраст пока еще не принес мне старческого слабоумия. Или вот это, — Астагвер кивнул на кучку патронов, которые так и остались лежать на столе. — Кстати, где вы их раздобыли? Артан, вы тоже во всем этом принимаете участие?

— Я? — растерянно сказал Артан. — Почему?