В сумке у нее были трут, кремень и кресало, но высечь огонь оказалось непросто — темнота стояла непроглядная. Кроме того, девочка боялась произвести лишний шум — в доме могли оказаться люди. Лишь после нескольких безуспешных попыток фитилек занялся пламенем.

В его мерцающем свете Табеа огляделась, надеясь найти более надежный источник освещения. У двери, ведущей из дома в проулок, лежала свеча. Девочка зажгла ее, а затем потушила и спрятала в сумку трут.

Теперь, с горящей свечой в руке, она смогла как следует осмотреть прихожую.

Как и следовало ожидать, там не нашлось ничего заслуживающего внимания. У стены стояли полдюжины пар разнообразной обуви; над ботинками, туфлями и сапогами на той же стене висели крючки, половина которых была занята плащами или куртками; у противоположной стены почти все свободное пространство занимали деревянные комоды, но быстрый осмотр ящиков показал, что в них нет ничего, кроме перчаток, шарфов и иных столь же малоценных предметов.

Табеа не огорчилась, ведь это всего лишь прихожая, а ей предстояло обследовать целый дом. Кроме того, многие жители Этшара-на-Песках не могли позволить себе купить перчатки, шарфы или теплые плащи. По правде говоря, зима здесь не столь сурова, как в Сардироне или других Этшарах, и в теплой одежде особой необходимости не было. Значит, есть шанс, что дом, столь богатый зимними одеяниями, полон предметов, которые можно будет украсть и продать.

Табеа крадучись подошла к внутренней двери, осторожно открыла ее и заглянула в щель, подняв повыше свечу.

То, что она увидела, заставило ее широко улыбнуться. Вот это уже похоже на дело.

Соседнее помещение оказалось обеденным залом, и свет свечи заиграл на латуни, золоте, хрустале и великолепном полированном дереве. Девочка по-кошачьи мягко переступила порог обеденного салона.

Массивный стол из темного дерева в свете свечи выглядел абсолютно черным. Боковые грани столешницы украшала резьба в виде сплетенных змей, на углах гирлянда прерывалась барельефами с изображениями певчих птиц с распростертыми крыльями. Над столом висела массивная люстра с хрустальными подвесками — настоящее произведение искусства. Шесть окружающих стол стульев из того же темного дерева были обиты темно-красным бархатом.