Кого только ни видали эти улицы: стучали по ним солдатские сапоги и шаркали башмаки пьяных матросов; гремя колесами, высекая подковами искры из камня, проезжали в лаковых каретах почтенные негоцианты; шлепали босыми пятками темнокожие рабы, привезенные из далекого Айлана. Одетые в восточные шелка благородные дамы, купцы, рабы, шлюхи, матросы и бродяги. И пираты, само собой…

А в таверне «Устрица и якорь» располагалась пиратская биржа. Здесь вольные добытчики могли спокойно продать награбленные товары, договориться о выкупе пленников и тут же спустить все деньги в портовых тавернах. Местные купцы предпочитали не задавать лишних вопросов, а в кабаках всегда было достаточно рома, чтобы пьянствовать несколько дней всей командой. Точно так же никого не удивляло, когда время от времени продаваемые на Таун-Хилл с молотка невольники вдруг принимались выкрикивать, что они свободные люди, взятые в плен коварными морскими разбойниками…

Самое же интересное заключалось в том, что формально никакого пиратства не было. Именно так — не было!

И даже если бы, скажем, в Стормтон явился вдруг эгерийский или арбоннский посол, пусть даже с королевской грамотой, предписывающей оказывать ему помощь в розыске и поимке подрывающих свободу мореплавания корсаров — нарушителей мира и договоров, заключенных монархами, он бы встретил лишь недоумение удивленного губернатора:

Пираты, господин посол?! Во имя Элла — какие пираты? Слава Творцу, на вверенной ему земле таких злодеев не имеется! Да разве ж он допустил бы подобное попрание законов божеских и людских?..

Пиратская биржа?!! Помилуй Святой Вертранг — покровитель путешествующих, да откуда?! Вас обманули, ваше превосходительство, тут только мирные купцы и моряки конвойных фрегатов, оберегающих их от морских разбойников…