Тогда же, кстати, и выяснилось, что северные караваны достигают длины в восемьсот шагов, а южные - в шестьсот шагов, и когда голова северного каравана приближается к горелому холму, его хвост еще путается где-то за черными валунами. Именно так - хвост.
Потом я рассказал про караваны Люське и задал резонный вопрос:
- Если по территории племени пройдет такая прорва вьючной скотины, то чем же ее туг собираются кормить? Раньше на постоялых дворах были запасы овса, сена и чего-то там еще. Почему же болотные жители не держат правильного перевалочного пункта?
- А кто тебе сказал, что это будет вьючная скотина? - осведомился Люська. - По-моему, это караван сам - большая скотина! Башка есть, хвост есть, а насчет зубов - ты сам слышал…
После Люськиных дурацких расспросов я уже боялся чем-то интересоваться, но несколько дней спустя информация явилась сама. Подрались Тулзна и Чуска. Оказалось, из-за дочерей. Дочку Тулзны племя выбрало в жены каравану, а дочку Чуски - нет.
- Караван делает самых лучших детей, - объяснили нам. - Только очень редко.
- А нельзя ли посмотреть на такого ребеночка? - самым невинным голосом спросил я.
Оказалось, нельзя.
Но вскоре мы услышали, как один абориген в злобе обозвал другого каравановым ублюдком.
Вся эта лабуда с караванами нравилась нам все меньше и меньше…
И если нас выкупят и куда-то там увезут с болота - то ведь неизвестно, на что караван нас употребит! На болоте мы, по крайней мере, были в безопасности.