Кирк поднял на него полные боли глаза.

– Позволь нам поговорить с Фюрером. Мы скажем ему кое-что, что ему очень хотелось бы знать.

– Радуйся, что можешь поговорить со мной, прежде чем сдохнуть, ты, зеонская свинья, ты…

Неожиданно дверь камеры отворилась. Вошёл мужчина, невысокий, в простой униформе, но излучающий спокойствие и силу, что с первого взгляда выдавало в нём человека, облечённого властью. Майору он явно внушал благоговейный трепет:

– Председатель Инэг, какая честь для нас! Как изволите видеть, я допрашиваю двух шпионов, схваченных при попытке…

– У меня имеется полный отчёт об этом, – холодно прервал его председатель, и, не обращая более внимания на майора, негромко обратился к Споку, – вы ведь не с Зеона. Откуда вы?

– Мы всё объясним, когда увидим Фюрера, – сказал Кирк.

– Какое у вас может быть дело к Фюреру?

– Мы будем обсуждать это только с ним самим, лично.

Разъярённый майор выхватил у охранника плеть и наотмашь полоснул Кирка по спине:

– Свинья! Отвечай председателю Партии!

– Достаточно, майор! – резко произнёс Инэг. Затем повернулся к Кирку, – это оружие, что мы нашли у вас – как оно работает?

Кирк промолчал. Инэг взглянул на майора.

– Наши лаборатории достигли высокого уровня. Мы изучим их оружие и когда поймём, как оно действует…

Майор покраснел.

– Ваше превосходительство, дайте мне несколько минут и я обещаю, они расскажут вам всё…

– Вы потратили гораздо больше времени, чем несколько минут – и без малейшего результата, – Инэг взглянул на исполосованную спину Кирка и поморщился, – проблема вашего брата, эсэсовцев, в том, что вы не понимаете, что в процессе допроса порой наступает момент, когда никакое наказание не даст нужного эффекта. Человек становится просто нечувствительным к нему.