Кирк замолчал, так как, к его удивлению, Чарли заплакал.

– Он – что? – переспросил Кирк, уставившись на стоявшую перед ним старшину Рэнд. Она чувствовала себя весьма неуютно, но все же держалась молодцом.

– Он попытался за мной ухаживать, – повторила она. – Не то, чтобы на это у него ушло много слов. Нет. Но для него это была все же длинная, хоть и запинающаяся речь. Он хочет меня.

– Старшина, он же семнадцатилетний мальчишка.

– Именно, – ответила девушка.

– И все это из-за шлепка?

– Нет, сэр, – сказала она. – Из-за его речи. Капитан, мне уже знаком такой взгляд. Мне ведь уже не семнадцать. И если не предпринять что-нибудь, рано или поздно мне придется отталкивать Чарли, может быть, шлепнуть его самой, и не в шутку. А это не будет для него полезно. Я – его первая любовь, первое крушение и первая женщина, которую он увидел и…

Она перевела дыхание.

– Капитан, всего этого слишком много для одного человека, даже если оно сваливается на голову по очереди. А все вместе – так просто убийственно. Чарли просто не понимает обычных отказов. Если же я попытаюсь отказать ему так, чтобы он понял, могут быть неприятности. Вы меня понимаете?

– Думаю, да, старшина, – ответил Кирк. И все же он еще не мог вполне серьезно воспринять ситуацию. – Хотя не думал, что мне придется объяснять все насчет птичек и пчелок кому-нибудь, по крайней мере, не моего возраста. Но я сейчас же вызову его.

– Благодарю вас, сэр.

Она вышла. Кирк вызвал Чарли. Тот появился почти мгновенно, словно ожидал чего-то подобного.

– Входи, Чарли, присаживайся.

Парень подошел к креслу, стоявшему у стола напротив Кирка, и уселся в него осторожно, словно в ловушку. Как и прежде, он опять опередил Кирка, начав разговор.

– Дженис, – прошептал он. – Старшина Рэнд. Это из-за нее, не так ли?