Черт побери быстроту этого мальчишки!

– Не совсем, в большей степени то касается тебя.

– Я больше не буду так шлепать ее. Я обещал.

– Ну, это еще не все, – сказал Кирк. – Тебе надо кое-что научиться понимать.

– Все, что я делаю или говорю – неправильно, – в отчаянии произнес Чарли. – Я всем мешаю. Доктор Мак-Кой не хочет показать мне правил. Я не знаю, кто я или чем я должен быть, или хотя бы кем. И я не знаю, почему у меня все так внутри постоянно болит…

– Зато я знаю, – сказал Кирк, – и ты будешь жить. С тобой не произошло ничего опасного или такого, что не происходило бы со всеми людьми мужского пола со времен их появления. Нет возможности как-то обойти это или перепрыгнуть. Тебе придется пережить это, Чарли.

– Но это словно выворачивает меня наизнанку. Я все время хожу как пришибленный. Дженис… старшина Рэнд… она хочет отдать меня кому-то другому. Старшине Лаутону. Ну, он даже пахнет не так, как девушка. Никто на корабле не похож на Дженис. И я не хочу никого другого.

– Все правильно, – мягко успокоил его Кирк. – Чарли, во Вселенной существуют миллионы вещей, которые ты можешь иметь. Но есть также примерно сотни миллионов других, которые ты иметь не можешь. В понимании этого нет ничего приятного, но тебе придется с этим смириться. Так уж все заведено.

– Мне это не нравится, – произнес Чарли, словно это все объясняло.

– Я тебя не виню. Но тебе придется выдержать все и пережить. Кстати, это мне напомнило: следующий предмет у тебя по расписанию – защита без оружия. Пошли-ка со мной в гимнастический зал и попытайся отработать несколько падений. Многие века назад, еще в викторианскую эпоху, существовало поверье, что изнурительные упражнения помогают отвлечься от мысли о женщине. Я никогда, правда, не проверял это на себе, но думаю, стоит попробовать.

Чарли был невозможно неуклюж – впрочем, не больше, чем любой начинающий. Корабельный офицер Сэм Эллис, сотрудник команды Мак-Коя, одетый как Кирк и Чарли, в спортивную форму, был весьма терпелив с ним.