- Ревнует, - заключила девушка и вошла-таки в дом.

- Безусловно, - согласился я, входя следом. - Представляться нужно?

- Вам нет. А я представлюсь. Корреспондент «Вечернего проспекта» Вера Рыкова.

- Рад знакомству с вами, Вера, - улыбнулся я. Окажись на месте этой милашки какой-нибудь журналюга с хитрой рожей или старая кляча с плохо промытыми волосами и папиросой в зубах, я бы отреагировал куда менее благосклонно. Но корреспондент Рыкова была чертовски хороша. - Милости прошу. Устраивайтесь, где покажется удобней. Рекомендую бордовое кресло. Выглядит не ахти, но комфорт неописуемый.

Она уселась, забросив ножку на ножку. Если бы на ней были не бриджи с футболкой, а платьице, мне немедленно потребовался бы ледяной душ. Впрочем, он мне и так не повредил бы. Но как оставишь гостью одну, когда по окрестностям рыщет ревнивая росомаха, верно?

Однако чуточку холодной жидкости внутрь все-таки пойдет на пользу, решил я. Достал из холодильника бутылку минеральной воды, разлил по стаканам.

- Вы полковнику Рыкову случаем родственницей не приходитесь?

- Даже не однофамилица, - засмеялась девушка.

- Значит, дочь.

- Не угадали.

- Племянница.

- Снова не угадали. - Вера покачала отрицательно пальчиком. - Жена.

- Ах вот оно что, - протянул я.

Настроение слегка упало. Вообще-то я ничего не имею против чужих жен. Даже наоборот. Но супруга крупного милицейского чина, к тому же пусть косвенного, но начальника, - это вам не супруга садовода.

- Так что же вас привело сюда, Вера Рыкова? - спросил я без былой игривости.

- Хочу написать о вас статью для газеты.

- Что во мне замечательного? Рядовой сторож рядового коллективного сада. Живу, никого не обижаю. Зверь у меня редкий, но есть ведь люди, которые крокодилов разводят. Или страусов. Напишите о них.

Вера посмотрела на меня изучающим взглядом.