Внутри потекло и ожило, сухой ком в горле растаял. Броновский посмотрел на свое колышущееся отражение и невольно поднес руку к лицу. Да, за последнее время он совсем сдал. Почти старик... Он осторожно выпрямился, и в голове тотчас застучали остренькие молоточки - по вискам, по затылку. Дождавшись, когда болевой вихрь чуть стихнет, Броновский растер впалую грудь и шагнул к окну. Мутное, в прожилках грязноватых подтеков, оно искажало светивший сквозь него мир до неузнаваемости. Напряженно вглядываясь, Броновский скорее угадал, чем увидел, в пыльных разводах контуры небоскребов. Там, где стоял памятник Неизвестным Ученым, низко над землей стлался желтый, нездоровый туман. Или это тоже фокус загаженного стекла? Броновский вытянул шею и скосил глаза вниз. Все то же... Тысячи фигурок - змеящаяся очередь к зданию института. Коченея на мраморных ступенях, люди покорно ждали - многие, должно быть, простояли сутки и больше... Он поскреб отросшими ногтями стекло и вернулся к столу. Мимоходом прошелся взглядом по массивному корпусу главного генератора. От низкого мерного гудения воздух в кабинете чуть дрожал, - сердце института не переставало биться ни на секунду.

И все-таки, до чего странный сон! Совсем непохожий на другие. Во-первых, тот человек с прищуренными глазами, а во- вторых... Машина вдруг полезла в прошлое, чего раньше никогда не делала. Может быть, расстройка в программаторе? Или в генераторах? Он оглянулся на гудящие блоки. Нет. В надежность генераторов он верил. Значит, стойка...

На столе заверещал телефон. Вздрогнув, Броновский испуганно посмотрел на него. Первый живой звук... Он протянул руку и взял трубку - она показалась неожиданно тяжелой.

- Директор института? - голос был молодой и злой.

- Я слушаю, - Броновский устало привалился к спинке кресла.

- Вчера я побывал у ВАС! Как это произошло - не имеет значения. Важно ЧТО я увидел!

- Что же?

- Я увидел полный институт мертвецов! Живых, но уже отказавшихся от жизни...