- Вам, очевидно, не хватило места, - Броновский равнодушно прикрыл веки.

- Я хочу сказать вам... Вы преступник, Броновский! Ваш яд опасней самой страшной отравы! И я сделаю все, чтобы покончить с вами, спасти тех, кого еще можно...

Броновский хрипло рассмеялся, это вышло у него само собой. Он просто сразу увидел толпы мерзнущих, переступающих с ноги на ногу и все же упорно ждущих разрешения войти в храм, отдаться во власть сна, избавиться от серых, неприглядных будней. И еще он вспомнил, как группа студентов-молокососов пыталась бить окна. Неизвестно, что бы с ними сотворила толпа, если б не помощь властей, - юнцов с трудом отбили, еле живых. Помнится, пришлось даже расплатиться парочкой свободных мест. Кому-то из управления... Он швырнул трубку на стол и выпрямился. Увы, все куда примитивней. Парню просто не досталось места, вот и злится бедолага. И все-таки... Броновский задумчиво оглядел кабинет - что- то сегодня не так. Сон? Или... Стоп! Какое-то неясное воспоминание робко проталкивалось наверх... Вен! Конечно же, он! Его помощник! Броновский сосредоточенно наморщил лоб, вспоминая. Кажется, они разговаривали с ним, и что-то в этом разговоре было неприятное, отталкивающее. Броновский представил лицо помощника. Вот здесь, в этом кабинете, Вен что-то ему говорил... Черт! Почему ноют скулы? Он потер их ладонью. Самое неясное - это связь: Вен - и звонок...

Он вышел в прихожую и, подняв с пола обветшалый халат, накинул на плечи. Почему-то знобило, хотя с терморегуляцией все было в порядке. Наверное, просто давно не ел. Броновский вернулся к столу и подобрал высохшую корку. Все равно придется пройтись, по дороге догрызет... Он вдруг подумал, что двери внизу могут быть открыты, иначе как бы попал к ним этот звонивший?

Липкая темнота прижала его к дверям кабинета. Закрыв их за собой, он словно очутился в другом мире. Невнятное шебуршание, душная, повисшая в воздухе тяжесть... Он попытался вспомнить, отдавал ли распоряжение выключать в коридорах свет.