Я шлепнула письмом по ладони. Как же помочь Берту? И что, по его мнению, мы можем сделать сейчас для его давно погибшего отца?

На полпути к трейлеру я распечатала письмо и так увлеклась, что, должно быть, не заметила Гарри.

— И какого дьявола это означает?

Я стояла на лестнице, ведущей к верхнему уровню форта. Берт непонимающе уставился на меня. Я продралась сквозь заросли шиповника, чтобы попасть сюда, и огромный шип вонзился в икру сквозь плотную ткань джинсов. Не обращая внимания на боль, я помахала письмом перед его носом.

— Это моя личная переписка с ведущими учеными вашего мира. Я была так зла, что губы плохо шевелились, а язык не слушался.

Наконец я поднесла бумагу к глазам и начала читать.

— Я почтительно спрашиваю, как можно рассчитать величину духовных и умственных проявлений, основанных на плотности нервных узлов в коре головного мозга? Очевидно, у собаки имеется меньше духовных сил, чем у человека. Связано ли это с размером мозга? Линейная ли это зависимость? Связана ли с другими параметрами, такими, как сексуальная активность или эмфатический показатель? Прошу также ознакомиться с приложенной мной таблицей данных. Повторяю: какого дьявола это означает? И что, по-вашему, ученые будут делать с этим дерьмом?

— Я надеялся направить их мысли в область изучения воспроизведения себе подобных.

— Хотите, чтобы вместо компьютеров они изучали духов?

— У нас уже есть компьютеры.

— Как насчет медицины? Берт отвел глаза.

— Это не имеет для нас никакого значения.

— Тогда займитесь своими исследованиями сами! Оставьте нас в покое! Зачем использовать нас для всей этой собачьей чуши?

— Мы не можем проводить исследования.