- Иду на три к подкороннику, - поразмыслив, сообщил Дамоха.

- Покупаю две к хрыку, - с замиранием сердца выдавил Найк.

Ему годилось почти все, не хватало одной-единственной клупки в любую масть, кроме снык. А поскольку Дамоха явно строил подкоронник на сныках, больше ему не на чем, то стоило рискнуть.

- Бери, не возражаю, - проворчал каптерщик.

Усмиряя накативший мандраж, Найк протянул руку к колоде.

Вот тут-то и грянула боевая тревога.

Найк прямо взвыл от досады. Ну что за день такой сволочной, в кои веки пришел человеку хрык, а доиграть не дали! Вскакивая, он саданул коленом об ящик и зашипел от боли, а ширки рассыпались по полу. Каждая секунда заминки зудела, как пилой по нервам, однако Найк спешно собрал рассыпавшуюся колоду и сунул в карман: оставлять нельзя, обязательно уведут и потом не доищешься, кто.

- Старый пень Зензер совсем оборзел, это ж вторые сутки подряд тревога, проворчал Дамоха, с натугой оттаскивая подпиравший дверь мешок.

- Оборзел - не то слово, - процедил Найк через плечо, выскакивая из каптерки.

Гулко и вразнобой, словно щебенку сыплют в железную бочку, по всему крейсеру загрохотала беготня. Проклятые сирены заливались без умолку. Найк сло-мя голову припустил по проходу, мимо шлангов и цистерн гидропонной установки, навстречу ему спешили гурьбой операторы перехвата и ракетчики.

На бегу он без продыху костерил на все корки его превосходительство адмирала Зензера, скотину безрогую, чтоб ему лопнуть, придурку криворылому, ржавый шомпол ему в жопу. Как хотите, но каждый день объявлять боевую тревогу это уже нахаловка вселенская. Найк примчался к ближайшей радиальной шахте, обхватил столб и соскользнул по нему сразу через три палубы, очутившись во внешнем кольцевом переходе.