Кто ж не грешил? Пускай уж лучше этот, в кепке, висит. Авось времена изменятся. Хотя нет, это было бы еще страшнее... наверное. Все равно, пускай висит - привыкла она к нему. При-вык-ла. И к языку этому дурацкому привыкла, который и ни то, и ни се, ни русский (который когда-то великолепно знала), ни украинский (которому так и не выучилась, как следует); а торговки только на этом укрусском и переругиваются между собой. На нем очень удобно переругиваться. И ведь забыла себя за эти годы, привыкла к тому, что давно уже не женщина и только чуть-чуть мать и бабушка, а то все просто - старуха. Скелет разбудил. Вот только - зачем? - Не плачь, пожалуйста. Не нужно. Лучше дай мне, если есть, тряпочку. Она молча поднялась с кресла и отыскала в шкафу какой-то старый, но не грязный вязаный платок. Тогда она еще могла себе позволить вязать и не распускать связанное. - Спасибо. Знаешь, сегодня учительница биологии говорила, что меня нужно заменить. Я с трещиной, вот здесь, прямо на лбу. - Как же тебя угораздило? - Упал. Скользко. Туда теперь грязь забивается, так я промою, может, будет не так заметно.

8. С тех пор скелет приходил почти каждый вечер. Он рассказывал о том, как постепенно осваивается в этой жизни; старуха молчала. Однажды она спросила у него: - Ты так и не выяснил, почему ты такой? И откуда взялся? Он покачал черепом: - Нет. Но как раз сегодня был один случай. Такое и раньше, если честно, бывало, но я не мог разобраться. Мне кажется, я совсем не тот, каким ты меня видишь. - А какой? - спросила старуха. - Не знаю, - шевельнул лопатками скелет. - Обычно меня не замечают люди. Собаки иногда смотрят в мою сторону, некоторые даже лают. А люди не замечают. Наверное, потому, что я не трогаю их, не вмешиваюсь в их жизни. - Даже в школе? - В школе - другое дело. В школе меня видят, но только когда я играю роль скелетного муляжа. А так - нет. ...И вот сегодня на улице я увидел очень маленького мальчика, который переходил дорогу.