Я оставил Джона своим наместником, вице-королем Франции - и Джон потерял Орлеан. Укорить его было не в чем - не то что безголового Томаса, которого я бы казнил, не погибни он в той безрассудной стычке. Джон аккуратно выполнял мои распоряжения, а я настаивал на том, что укрепление тыла в Нормандии важнее Орлеана. Бургундцы ушли из-под стен города, мы вынуждены были бороться одни, и к тому моменту как Джон собрал войско в помощь Солсбери и Тэлботу, эта девочка все закончила: Тэлбота отбросили от города, а Солсбери был мертв. Тогда-то и прозвучало впервые - "ведьма". До того ее честили только шлюхой.

Я не успел к битве при Патэ, мне пришлось довольствоваться рассказами тех, кто удирал от нее. Тэлбот попал к ней в плен, толстый Фастолф, по слухам, загнал коня в бегстве. Я так разозлился, что лишил его ордена Подвязки. А потом я получил от нее письмо.

"Иисус, Мария!

От Жанны Девы - Генриху, королю английскому.

Вы, англичане, не имеете никакого права на это французское королевство. Царь Небесный повелевает вам и требует моими устами - Жанны Девы - оставить ваши крепости и вернуться в свою страну, ежели вы этого не сделаете, я вам устрою такое сражение, о котором вы будете помнить вечно. Вот что я вам пишу в третий и последний раз, и больше писать не стану. Подписано:

Иисус Мария, Жанна Дева

Я бы послала вам письмо учтиво, но вы схватили моих гонцов, вы задержали моего герольда по имени Гийенн. Соблаговолите вернуть мне его, а я пришлю вам нескольких из ваших людей, захваченных в крепости Сен-Лу, так как погибли там не все".

– У нас в руках в самом деле их гонец? - спросил я.

– Да, - ответил мне капитан ланкаширского отряда.

– Повесить, - распорядился я и разорвал письмо. В тот день и я решил, что она ведьма. По меньшей мере - еретичка. Письмо было очень похоже на пачкотню лоллардов, это меня взбесило. Мне уже отказывали в праве на корону - английскую. Называли узурпатором и сыном узурпатора.