— Боги, и впрямь чистый виноград.

— Все, что пожелаешь, о великий, — молвила гурия рядом с Торсби.

Лениво скользя рукой по обнаженному гладкому женскому телу, Торсби взял в рот виноградину, сладкую, тающую на языке. Вкус был изумительный — ничего подобного ему пробовать не доводилось.

— Господи, если этот чертов виноград такой, то какая же остальная еда?

— Какая, к шуту, еда? — спросил Фетчен, с трудом отлепив губы от ближайшей гурии.

И тут же облапил другую.

— Да, — согласился Торсби. — Тут не до еды.

— Что же ты медлишь, о великий? — спросила гурия с волосами цвета меда.

— В самом деле! — вторила ей светловолосая подруга. — Возьми меня, мой господин!

— Нет, возьми меня! — воскликнула темноволосая и темноглазая красавица.

— Нет, меня!

— Меня!

— Дамы, угомонитесь! — не выдержал Торсби. — В данный момент предложение явно превышает спрос. Кроме того, не хотелось бы очень быстро пресытиться. В смысле, чем дольше ожидание, тем сильнее страсть.

— Ты никогда не пресытишься, о великий, — сказала зеленоглазая брюнетка. — Твоя способность наслаждаться не имеет предела.

— Меня всегда удивляло, почему я так быстро испытываю прилив энергии после этого, — заявил Торсби. — Ты имеешь в виду…

— Да, великий. Ты можешь удовлетворить любое свое желание, вкусить все возможные наслаждения страсти, но сил у тебя не убавится.

— Черт побери! Ну, в таком случае…

Торсби оторвался от бутылки с вином — которая, кстати, не пустела, сколько бы он ни пил.

— Это относится к любым ощущениям, — сообщила ему рыжеволосая. — Вкус, прикосновение, звуки, запах…

— Ну-ну, посмотрим, — сказал Торсби. — С прикосновениями, я так понимаю, у нас все в порядке. Вкус? Может, стоит все же подзаправиться?

Немедленно появился огромный стол, уставленный яствами, которыми не побрезговал бы и шах шахов.

— Попробуй вот это, о великий.

— И это тоже, наш султан!