— Ну да?! — не поверил Костырев. — С чего ты взял?

— Ты что, слепой? — удивился Ладогин. — Смотри, смотри, как он плащ свой оглаживает... Эх ты, философ!

С уважением косясь на напарника, Костырев схватился за трубку внутреннего телефона. Ладогин, который в последний момент краем глаза уловил его движение, резко обернулся и накрыл его ладонь своей, не дав поднять трубку.

— Ты чего? — удивился тот.

— Тихо, придурок, — с нехорошей ласковостью в голосе сказал Ладогин. — Не дергайся. Я тебе уже сказал; я здесь для того, чтобы зарабатывать деньги.

— А? — опять не понял Костырев.

— Хрен на, — отрезал Ладогин. — Отпусти телефон, философ, и смотри, как работают профессионалы.

Он перегнулся через спинку кресла и вынул из кармана кителя мобильный телефон. Быстро настучав номер, он сказал в трубку:

— Миша, это Игорь. Как жизнь? Мужика в шляпе видишь? Не видишь? Увидел? Ну молодец... Обрати внимание, какой у него классный плащик. Ага, давай. Жду.

Он спрятал телефон и энергично потер ладонь о ладонь.

По губам его блуждала довольная улыбка. Перехватив удивленный взгляд напарника, он рассмеялся.

— Что, — сказал он, — это не совсем то, чему тебя учили? Знаешь, — продолжал он, дождавшись утвердительного кивка Костырева, — в чем-то ты, несомненно, прав. Нельзя с пользой делать свое дело, не зная как следует, что творится вокруг. Подумай об этом, дружок.

Костырев выпучил на него глаза. Ему-то казалось, что он только об этом и думает.

...Мужчина в длинном черном плаще и широкополой шляпе подошел к стойке регистрации и протянул в окошечко паспорт и билет. Неприступного вида молодая женщина, сидевшая за стойкой, открыла паспорт и взглянула на фотографию. Рассмотрев ее во всех подробностях, она перевела внимательный холодный взгляд на мужчину и тут же отвела глаза в сторону, чтобы запечатленный на сетчатке образ без помех наложился на предыдущее изображение.