Губы Мелани тронула легкая улыбка.

— Время от времени. В основном ночами, когда в замке так тихо… — Мелани вдруг нахмурилась. — Знаешь, Линда, за эти несколько месяцев я рассказала тебе почти все свои любовные истории, и только сейчас меня осенило, что я ничего не знаю о твоих любовных секретах. Честность за честность.

— О чем ты? — фыркнула Линда.

— Да ладно тебе.

— Меня столько раз бросали, что я решила купить себе портативный батут, — по крайней мере, будет не так больно падать.

— Кажется, ты как-то упоминала своего приятеля.

— Да, у меня водилась пара дружков, больше того, у меня был жених. Но из этого абсолютно ничего не вышло.

— Такое чувство, будто я подслушиваю, — произнес Далтон, уставившись на шахматную доску.

— Мне нечего скрывать, — пожала плечами Линда. — И даже хотелось это рассказать.

— Между тем я незамужняя мать и вынуждена нести на себе клеймо позора, — трагическим голосом проговорила Мелани.

— Ой, да никому до этого дела нет, — отмахнулась Линда.

— А мне есть. Я все ещё верю в брак. Можете называть меня старомодной.

— Подобно сексу и любви, — кивнул Далтон, — брак стоит за пределами моды. Институт брака существовал всегда и будет существовать вечно.

— Мистер Далтон, вы уж точно старомодны, — заметила Линда.

— Дорогая моя, вы правы. И я краснею от гордости.

— А что такое брак? — вмешался Снеголап.

Повисло неловкое молчание.

— Ну, это… — начал Далтон.

В коридоре послышалась какая-то возня, крики и непонятный шум.

— Что там такое? — поинтересовалась Линда.

— Пойду посмотрю, — Мелани поспешила к двери.

— Может быть, это то самое приключение, которого ожидал Джин, — высказал предположение Далтон. — В Опасном не приходится долго ждать.

— Не люблю таких встрясок, — нервно заметила Дина. — Предпочитаю тишину и спокойствие.