А пока есть немного времени перед увеселительным мероприятием — разминают косточки знакомые поневоле: узилище содрогается, готовое окончательно покоситься или вовсе рухнуть, а крыша темницы подпрыгивает в такт ударов. Легкая череда айканий и ойканий вурдука и дракона наводит шорох среди горожан, что прохаживаются в столь ранний час мимо башни, предвкушая предстоящий праздник. Стены горе-постройки, время от времени, растягиваются, как баян, упорно дюжат. Впрочем, сколько не бейся, а устать придется. Бой закончен. Вот и лежат изможденные "воины", языки набок, как галстуки, оба с одышкой борются. Неслыханная потасовка закончилась ничьей. Вояки пытаются даже разговаривать после драки:

— Стоп! Стоп! — останавливает огнедышащего вурдук. — Откуда ты, чумарылый, взялся? — Очи богатырюшка закатывать вздумал, за сердце хвататься умудряется. — О, кстати, говорят, бульон из собратьев твоих вкусненький! — успевает шутить Арсел. — Я бы попробовал.

— Знаю я вас, верзил, только и умеете, что брюхом думать! Подальше бы от вас всех! К своим! В лес! — задумался, погрустнел огнедышащий. — Великий Отрогий Лес издревле считается островком драконьего рая. Как бы я хотел отправиться вновь туда, на родину! — и тут змея понесло, стал он рассказывать о себе, видимо, мало было у него собеседников за последнее время. — Случилось как-то мне собраться в путь далекий на поиски чудес невиданных. Ведь что я наблюдал каждый день?! Как охотятся на кабанчиков собратья, да как девки цепляются ко мне на хвост. Не скрою, бабник я отменный, таким уж природа меня счастьем наделила. Но сейчас не об этом. Повстречался мне маг.