Подойти и заглянуть, что там внизу — великану не хватало духа, уж очень громкий и свирепый рык доносился, будто тушу бедной затравленной лани терзает целый прайд голодных львов. К трем часам "бедлам в преисподней" поутих и Данк принялся клевать носом, а вскорости впал в дрёму, да так, что все свечи и факелы тухли при его дыхании, а стены сотрясались в такт. Засевшему в яме чудищу, если оно там есть и пробудится, то само, наверное, испугается от присутствия столь шумного чужака.

Правда в этом была. Потому как под утро, когда петух уже горланил со всей дури, и тому, кому еще хочется помять подушку, да поваляться, нестерпимо хочется эту птицу поймать и сварить в качестве мести за недоспанные пять минут, вот в это самое время и появилось чудо из смрадной ямы посреди камеры, что зовется драконом — c желтой цыплячьей кожей и отъевшимся, как у государственного мужа, пузом.

Из отверстия высунулась голова змея — испуганного и недоумевающего. Да, дружок, дракоша, раньше ты пугал, так что у некоторых бандюг заикание на всю жизнь оставалось, а теперь тебе не дали выспаться. Вот так, знай вурдучьих богатырей!

Силачу в любом месте сон хорош, но вот незадача — слишком уж жарко, да и пыхтит под ухо кто-то.

— Сон прекрасный мне причудился. Урсулочка, красоточка моя, чувствую, соскучилась по мне ты! Дай я тебя обниму, — настал час знакомства вслепую. Глазоньки силач не открывает, а все мечтает, да руками щупает все, что попадается. — Ох, что-то поменялась ты, моя дорогая: кожа дряблая, грубая какая-то!

Легкий парок из ноздрей дракона образумил и пробудил воришку вмиг. Щупанье морды пришлось не в радость ящеру. Вот и разлетелся на весь город крик, напоминающий визг недорезанной свиньи, по причине чего, слабонервные ухватились за капельки успокоительные. Одно дело, когда кого-то пугают, а тут два обалдуя разной породы друг на друга таращатся в упор и вопят как укушенные. Благо змий огнем не плюется, сдерживается каким-то чудом, а то не миновать бы Арселу судьбы поджаренной индейки. Выяснять отношения — самая прелестная затея для "друзей", повстречавшихся совершенно негаданно в башне, что стоит у самой центральной площади города, где, по задумке Вира, туманным утром должна состояться расправа над удивительным интриганом Данком.