Кондрад утомленно потер лицо рукой. Я обратила внимание на его измученный вид – все же крепко мужику перепало от меня за последние дни. Меня заживо стала грызть совесть, и я вынесла решение – выбить ей зубы, пускай нежно обсасывает. Так и быть, потерплю. Сам виноват! Зачем Иалону под венец силком тащит? Я существо кроткое, даже мухи не обижу, но задолбаю тварь так, что она сама самоубьется.

– Два часа тебе довольно, принцесса?

Мы пожали плечами.

– Это уж как получится!

И, не дожидаясь ответа, величаво удалились, пытаясь не сорваться на рысцу. В комнате я рвала простыню на тонкие полосы, скручивая жгутами, и пропитывала горючим составом, одновременно допытываясь у сотельницы:

– Расскажи мне вкратце, что у вас собой представляет церемония бракосочетания?

В то время, как Иалона излагала порядок действий, я в спешке переодевалась, причесывалась и пристраивала свой 'бикфордов шнур' в кармане:

– Поначалу жениха и невесту исповедуют. Потом, по идее, они должны ночь провести в церкви в молитвах, испрашивая благословения Богов… но это не обязательно. И заключительная часть – сама церемония.

Угу, если я все точно запомнила о богадельне, то вероятно моя задумка удастся. В этот момент послышался стук в дверь. Как меня задолбали! Я вызверилась:

– Это кто там такой вежливый?

Дверь распахнулась, и на пороге нарисовался Властелин, чтоб ему в луже утопиться!

И ехидно так вопросил:

– Надеюсь, тебе хватило времени?

Быстро очухался, ворон бесхвостый. Мы тож могем ехидничать:

– Естественно! Столь поспешала, едва туфельки не потеряла, все глазки проглядела: где ж мой ненаглядный? Куды запропал? Може каку другу девицу красную себе облюбовал?

У мужика на лице обозначилась усиленная мысленная деятельность. Мне по такому случаю приспичило порекомендовать думать не лицевой, а мозговой частью головы. Еле удержалась.

– Почему красная?…

Посмотрев на него с состраданием, как на слабоумного, снизошла: