-- А ты откуда знаешь? -- выпаливаю я, ещё не окончательно осознав сказанное.

   -- Попросил Эцагана за ним последить. Этот "мужичок" уже ко мне подходил с разговорами на тему, кто чего достоин. Я помню, как ты к этому относишься, так что сказал ему, что его мнение никого не интересует. Теперь либо он от тебя отвяжется, либо придётся подоходчивее объяснить...

   -- Ну нифига себе! Всё самое интересное -- и без меня? Нет, ты когда ему объяснять будешь, обязательно меня позови, я хочу это видеть!

   Я серьёзно очень плохо себе представляю, как это Азамат кому-то "объясняет подоходчивее". Бои -- боями, но чтобы он всерьёз кому-то вред причинил...

   -- Ты что-то нынче кровожадная, -- усмехается он. -- Неужели твои подруги в клубе всё ещё про меня высказываются?

   -- Какие они мне подруги! -- взвиваюсь я. -- Эти курицы бесполезные, от них никакого толку! Сидят, мужей своих поносят. И ведь, небось, неплохие мужики! Это кошмар какой-то просто. Я туда иду каждый раз, как наказание отбывать, непонятно за что. Последнее время ещё придумали мне кличку, а я понятия не имею, что она значит.

   -- А чего ж меня не спросила? -- хмурится Азамат.

   -- Забыла. Я тебя вижу-то за ужином и утром, и мне как-то не хочется с тобой об этих дурах разговаривать. Хоть бы кто-нибудь с болячками обратился, я бы хоть поработала, а так вообще непонятно, на что всё время уходит.

   Азамат хмурится ещё сильнее.

   -- Так что за кличка?

   -- Хесай.

   Мне померещилось или он зарычал?

   -- Скажи им, что зависть глаза выедает.

   Ого! Чем же это они меня приласкали, что дорогой супруг так обозлился?

   -- Что это значит-то хоть объясни.

   -- Устрица, -- цедит он сквозь зубы. Я молчу и жду продолжения. Оно следует после паузы. -- Так называют женщин, которые получают удовольствие от секса.

   -- Чудесно, -- хмыкаю я, -- а чего ты так злишься?