Что теперь?

Выключив свет и во второй комнате, я вернулся к окну. На газоне перед домом был явный избыток людей и собак и слишком много света. Таким был прямой путь наружу.

Жизнь Адлера была у меня в руках. Адлера, который погубил моего клиента. Должен ли я продолжать преследование Синка? Или лучше просто побыстрее убраться отсюда восвояси с нужным мне листком бумаги?

Разумеется, убраться восвояси.

Я стоял у окна, отыскивая места, наименее освещенные. Света вокруг дома было хоть отбавляй, но в тени от кустов и деревьев было черно, как у негра за пазухой. На глаза мне попалась длинная живая изгородь, освещенная с моей стороны. Почему бы не попытаться укрыться с противоположной стороны? Или проскользнуть вдоль теневой стороны теннисного корта, затем прыжками преодолеть его в направлении к вон той, такой странной на вид статуе…

Дверь неожиданно отворилась, и я мгновенно обернулся.

Прямо перед дулом моего пистолета стоял мужчина в свободной домашней пижаме. Он неторопливо вошел в дверь и аккуратно притворил ее за собой.

Это был Синк. Лестер Данхэвен Синклер III был в великолепной физической форме, ни одного грамма ни лишнего, ни недостающего веса, с накаченными в гимнастическом зале мускулами. Когда-то я видел его, всего один раз, на публике, но тогда я стоял не так близко от него, чтобы обнаружить то, что не ускользнуло от моего взгляда сейчас, — его густая светлая шевелюра была париком.

Он улыбнулся мне.

— Чизборо, я не ошибся?

— Так.

— Что вы сделали с моим… заместителем?

Он окинул меня взглядом с ног до головы.

— Насколько мне представляется, он еще не покинул нас?

— Он в спальне. Связанный.

Я начал совершать обход вокруг него, чтобы запереть дверь, что вела в коридор.

Теперь до меня дошло, почему люди Синка относятся к нему, как к феодальному властителю. Он вполне того стоил. Он действительно внушал доверие к себе. А его уверенность в себе была абсолютной. Глядя на него, я и сам был почти готов поверить, что перед ним никто не может устоять.