— Ерунда, — ответил Истэ, используя словечко, которым торговцы называли товары невысокого качества. Лину поразило, что даже Истэ, слишком гордый, чтобы работать на чужаков в бериллиевых шахтах, по-прежнему пользующийся вместо тарелок чешуйками гигантских рыб, не следовал традициям своего народа. Он просто подменил их своими собственными заблуждениями: — Все равно она прийти обратно.

— Ну послушай, Истэ, отец моей матери вернулся. Он был красным медведем. Моя семья помнит это.

Окардэ был достаточно терпелив, стараясь убедить Истэ, чей разум был замутнен горем. Истэ обязательно передумает. Лина ухватилась за эту надежду: она не чувствовала ненависти к своему пленителю. Ей не хотелось, чтобы правда окончательно свела его с ума или заставила обозлиться на весь мир.

— Иногда души возвращаются в обличье птиц, иногда, может статься, в обличье пушистых горностаев, даже темных рыб, но никогда — в виде людей.

— Призраки похожи на людей, — огрызнулся Истэ.

— Призраки, — повторил Окардэ.

Он развел руками — жест, означающий бесплодность усилий. Истэ оставался глух к уговорам шурина, так же как он не желал слышать слов Лины.

— Мужчины достаточно поспорили. Йайу! — Окардэ жестом подозвал женщину, которая, вероятно, была его женой. До сих пор она не вымолвила ни слова.

Йайу печально взглянула на Истэ:

— Она не твоя женщина, и ты это знаешь. Истэ закивал:

— Нет. Нет. НЕТ.

Его руки в перчатках были крепко сжаты, словно пружины — Истэ вел себя, как загнанный в угол зверь.

— Скажи ты, — Окардэ указал на Лину.

Лине захотелось закричать: «Я чужая здесь! Заберите меня отсюда!», — но что-то заставило ее промолчать и только глубоко вздохнуть.

Истэ, балансировавший на грани безумия, был добрым малым, но некоторые связующие звенья в его мозгу отсутствовали. Лина была археологом, и ее научили понимать язык немых развалин. Найди четвертую стену, очаг в центре. Начинай копать там, где они могли бы оказаться… Может, все дело в том, что Истэ не исполнил обряда, принятого в его народе? А вдруг совершение этой церемонии позволит безумцу вновь стать нормальным и отпустить пленницу добровольно?