- О-о, моя почти нашла общий язык с твоя! Почти-почти! - проканючил вождь.
Грумс встал, двинул ногой саквояж в сторону бутылок и уже собирался нагнуться, чтобы уложить их на прежние места. Но вождь ухватил его сальной ладошкой за щиколотку, остановил.
- Ну это просто неинтеллигентно, комиссар, - сказал с московским акцентом. - Мы же культурные люди!
Грумс передумал. Он вытащил последнюю бутылку из саквояжа и придвинул ее к первым двум, стоящим перед вождем.
- Ну?! - рявкнул он совсем неинтеллигентно.
Вождь хлопнул в ладоши.
На его хлопок никто не отозвался. Парни из прислуги продолжали усиленно махать пальмовыми ветвями. Тоща вождь с кряхтением приподнялся и, припадая на левую ногу, пошел в хижину. Появился он нескоро. Но появился не с пустыми руками.
В раскрытой ладони вождь держал два черных шарика - точно таких же, как и у Грумса. Он их сразу же отдал следователю.
- Каменные слезы бнхгуро-нгхоро! Он их оставил на тропе.
- Ладно! Давайте, давайте скорей! - сказал Грумс.
И засунул "слезы" в карман. - Что там у вас еще?!
Другой рукой вождь волочил за собой по земле какую-то серенькую штуковину яйцеобразной формы и с тоненькой ручкой, он волочил ее за длинную, явно имевшую иное происхождение веревочку, которую приспособили к штуковине его люди.
- Вот, забирайте! Два дня я себе ломал голову над этой штукой, - сказал он капризно, - но так и не разобрался в ней! Во всяком случае, стрелять из нее нельзя, комиссар. Забирайте! А там уж сами решайте, откуда она взялась в джунглях. Может, вам еще хорошенько врежут за то, что вы лезете в такие области, куда лезть благонамеренным гражданам не полагается! И правильно сделают, если врежут! Только предупреждаю, я тут ни при чем! Я ничего не хочу знать о тех хреновинах, которые изобретают наши яйцеголовые парни в своих лабораториях, понятно?!
- Да ладно вам, - оборвал его Грумс. Он был несказанно рад этому случайному подарку. Но на его потном расплывшемся лице никоим образом нельзя было прочесть и следов этой радости. - Вы лучше расскажите, что знаете, кроме этого. Да вот еще, мне надо потолковать с вашими людьми, может, они порасскажут, мало ли...