И даже когда настал век авиации и полетов в космос, интерес человека к крыльям, как таковым, не остыл и мечта о личных крыльях не затмилась. Не один пилот и не один пассажир, совершив со сказочной скоростью перелет Ленинград - Владивосток и сойдя по трапу на твердую землю, с ласковой завистью следили за полетом ласточек над аэродромом.

Парадокс заключался в том, что, создав планеры, дирижабли, самолеты, геликоптеры и космические ракеты, человек продолжал мечтать о полете на личных крыльях. И в снах он продолжал видеть себя летящим не в салоне реактивного лайнера, не в кабине космического корабля, а просто летящим, парящим как птица.

Но крыльев не было.

Были мифы о крыльях, и рассказы о крыльях, и поэмы о крыльях, и стихи о крыльях. Но живого обыкновенного человека, летящего на крыльях, никто, никогда, нигде не встречал.

3. СПРАВКА

Так было до тех пор, пока Алексей Потапович Возможный не сконструировал крылья и не полетел на них. (См. Авторское свидетельство N_756617-ПС, доб. документация N_1899457-КМ, - "Крылья человеческие машущие индивидуальные съемные для управляемого полета в воздушной среде".)

4. ДЕТСТВО АЛЕКСЕЯ ВОЗМОЖНОГО

Алексей Возможный родился в Сибири, в селе Ямщикове (ныне - Возможное). Село это довольно большое, с почтово-телеграфным отделением и средней школой.

Отца Алеша потерял рано, мать же его была сельской почтальоншей. Набрав на почте полную сумку писем, газет и прочей корреспонденции, она с утра отправлялась в окрестные деревни. Весной и осенью, в распутицу, по тракту ходить становилось нелегко, а в небольшие таежные деревеньки, расположенные среди болотистой тайги, порой и вовсе невозможно было проникнуть. В такие дни Серафима Дмитриевна часто возвращалась домой с сумкой, в которой лежало много недоставленных писем, и горько жаловалась на бездорожье.

- И неужели никак-никак нельзя было эти письма доставить? - участливо расспрашивал ее маленький Алеша.