Майлс Тэвернер вздохнул, провел рукой по макушке, словно лишний раз хотел убедиться, что еще какая-то растительность осталась на его лысеющей голове, и снова закурил. Затем, возвратившись взглядом к меморандуму, лежавшему на его письменном столе, задумался в поисках выхода из сложившейся ситуации.

Именно он отвечал за проведение допроса Энгуса Термопайла, а допрос шел из рук вон плохо.

Кроме этого, приходилось учитывать диаметрально противоположные интересы разных людей, так или иначе связанных с делом Энгуса Термопайла.

Суд над Энгусом был рутинной процедурой. Похищенный груз был найден Службой безопасности Концерна Рудных Компаний при обыске «Красотки», корабля Энгуса, а в судовом журнале корабля были найдены неоспоримые доказательства вины его владельца. Энгус и не пытался защищаться – возможно, ему это казалось бесполезным. Участь его была предопределена: он был признан виновным.

Однако, несмотря на ходившие слухи о том, что Энгус якобы злоупотреблял зонными имплантатами, насиловал, убивал и даже уничтожил полицейский эсминец «Повелитель звезд», никаких доказательств тому не было, и в вину Энгусу вменялись лишь грабеж и похищение грузов, принадлежавших Станции. Энгуса приговорили к пожизненному заключению в тюрьме Станции – на «вышку» обвинение не потянуло.

На этом Служба безопасности Станции умыла руки.

Однако для Майлса Тэвернера не все было так просто.

Допрос преступника являлся обязанностью заместителя начальника Службы безопасности Станции, то есть его обязанностью. Да, обвинение, выдвинутое против Энгуса Термопайла, было доказано. При этом не существовало доказательств какой-либо другой его вины. Но в Службе безопасности Энгуса знали, как облупленного. Его похождения ни для кого не были секретом. Его связи с преступниками всех мастей – от торговцев наркотиками до контрабандистов – не вызывали сомнений. Кроме того, оставалось непонятным, если не странным, как и почему с Энгусом оказался полицейский Концерна, который должен был погибнуть вместе с «Повелителем звезд».