Осторожно приблизившись к неровному пролому, через который сочился свет, и скорчившись на каменном уступе, он с изумлением вглядывался в действо, которое разворачивалось перед ним.

Ему стало ясно, что все рассказанное монахами не выдумка… Внутренние стены и перекрытия огромного здания оказались снесены и разобраны, чтобы приспособить его под нужды Натери. Само по себе это разрушение уже сверхчеловеческая задача, должно быть, колдун привлек для ее выполнения целый сонм духов.

Гигантский зал освещали огни жаровни и горнов, а также зловещее мерцание, исходившее от гигантских каменных чанов. Даже с высоты балкона юноша не мог разглядеть, что находится в этих чанах, но над краем одного из них струилось белое сияние, а над другим — кровавый свет.

Гаспару приходилось видеть некоторые опыты Натери, ему были хорошо знакомы все эти принадлежности мрачного искусства некромантии. Он не считал себя слишком впечатлительным и не ощутил особого страха при виде неуклюжих демонов, которые трудились бок о бок с облаченными в черные хламиды учениками колдуна. Но леденящий ужас сжал его сердце при виде невероятного, чудовищного создания, громоздившегося в центре зала, — огромный человеческий скелет, чью правую ногу группа людей и демонов в эту минуту покрывала человеческой плотью!

Поразительный и ужасный костяк, с ребрами, похожими на своды какого-то дьявольского нефа, блестел, освещенный огнями адской плавильни. Казалось, он трепещет в игре сменяющих друг друга теней, гигантские зубы скалятся в саркастической усмешке, в глазницах, глубоких, будто колодцы, искрятся насмешливые огни.

Гаспар был ошеломлен фантастической сценой, развернувшейся перед ним. Впоследствии он не мог припомнить, действительно ли видел некоторые детали, и мог рассказать лишь немногое о том, что делали люди и их помощники. Похожие на гигантских летучих мышей создания сновали между одним из каменных чанов и группой людей, одевавших правую ногу колосса красноватой массой, которую они наносили и формовали, как скульптор формует глину. Однако ни одна из крылатых тварей не приближалась к другому чану, чье бледное сияние с каждой минутой ослабевало, затухая.