Вскоре они добрались до запертой решетки, закрывающей дальнейший путь. Найл направил жнец на замок — и они оказались в небольшом пустом дворике, сверху закрытом металлической сеткой. По всей вероятности, это был дворик для прогулок заключенных. Вот только выводили сюда кого-то или нет, было вопросом спорным.

Друзья пересекли двор и замерли у высоченного — трехметрового — забора. На улице послышался шум. К зданию тюрьмы приближалось множество людей — значит, сработала какая-то система оповещения. А у сбежавших заключенных на руках был бесчувственный Курт…

— Надо привести его в чувство, — сказал Вайг. — Сейчас.

— Но если мы отдадим свою энергию… — начала Энна.

Найл посмотрел на старшего брата и Сура.

— Идите назад в тюрьму. Приведите сюда пару заключенных. Сейчас я отдам ему свою энергию, Энна пока покараулит и, если что, будет бить на поражение. А потом я восстановлю энергию, забрав ее у тех, кого вы приведете. Идите.

Второго приглашения не потребовалось. Вайг с Суром мгновенно отправились назад. Курт лежал на спине, раскинув руки. Найл опустился на землю рядом с ним, сел, скрестив ноги по-турецки и скрестив руки на груди, закрыл глаза и попытался отключиться от окружающей действительности. Затем он ухватился ментальным щупом за сознание Курта и в первое мгновение не понял, что сталось с парнем. Создалось такое впечатление, что его мозг атрофировался в одном месте — видимо, в том, куда пришелся удар ментальной силой. Мозг в этом месте как бы высох, подобно умершему цветку, долго стоявшему в вазе без воды. С таким состоянием мозга Найлу сталкиваться еще не доводилось. Но делать что-то все равно требовалось. Если он направит внутрь свою энергию, это, возможно, и оживит засохший участок — подобно воде, орошающей сухую землю. Ведь к ней же возвращается жизнь? Трава снова начинает зеленеть, цветы расцветают.