— Ваш номер уже готов. Я могу проводить вас.
Викториана задерживает свой взгляд на мне, перед тем как сказать:
— Очень хорошо.
Она игнорирует управляющего и идет к лифту. Фарнесворт спешит за ней.
Мы с Райаном уходим в обратном направлении.
— Господи! Я, похоже, влюбился, — сообщаю я ему у коридора, ведущего в бассейн.
— М-да… и в кого бы, вы думали? В принцессу, помешанную на туфлях. Да… был бы ты посимпатичнее… и работал бы, как я, в бассейне… Я вот, наверное, буду каждый день видеть ее в бикини.
— Ага.
Я никогда ее снова не встречу. Принцессы не отдают свои туфли в починку. Они посылают слуг за новыми.
Райан начинает свистеть, потом прекращает, может быть заметив, как сильно я расстроен.
— Сейчас нужен новый спасатель. Попробуй устроиться.
— Не могу, — качаю я головой.
— Плавать не можешь?
— Нет. Я классный пловец. Но мне надо помогать маме в мастерской. Нас там только двое.
— Обрежь пуповину! Тебе сколько — семнадцать? Пора принимать свои собственные решения. — Он пожимает плечами. — Подстраивайся под себя.
Я смотрю на лифты. Викториана входит в тот, который едет до самого верха, в пентхаус. Она чешет собаке за ушами. Я представляю себя рядом с ними взлетающим до самого неба.
Глава 3
А скоро нашелся и покупатель на сапоги. И так они ему понравились, что заплатил он за них большие деньги. Смог теперь сапожник купить себе кожи на две пары сапог.
— О, да тут все гораздо лучше, чем когда я уходил.
Спеша на помощь ждущим меня клиентам из «Джонстон и Мерфис», я прохожу мимо кафе Мэг. Его заполнили участники конгресса, но на столах уже нет вчерашних пятен от кетчупа, пол сверкает, как песок на пляже, с него исчезли салфетки и обертки от соломок. Мэг и еще одна сотрудница наливают кофе и раскладывают по тарелкам круассаны.