- Как сказал бы мой отец, интересно, откуда тут ноги растут? - вставил Питер.

- Спецслужбы, - пояснил Говард. - Люди, которые обеспечивают безопасность в этой стране, имеют довольно своеобразные представления о жизни - они считают, что моральный облик человека важнее всего остального. Узнай они, что я, женатый человек, имею связь с женщиной на стороне, они попросту сочтут меня неблагонадежным. Я могу подвергнуться шантажу или бог знает каким еще опасностям. Меня могут отстранить от исследований, а я не хочу этого допустить, Стайлс. Когда работа будет закончена, моя жизнь и жизнь Сандры и Эллен наконец выправится. Но если вы расскажете о моей связи с Эллен, а следовательно, пусть и косвенно, с этим убийством, моя жизнь полетит под откос. Нет, Стайлс, вы не должны допустить этого!

- Все это похоже на дешевую шпионскую историю, - заметил Питер. - Как говорится, судьба империи висит на волоске. Но вот ведь что странно женщина, которую вы, как вы говорите, любите, находится в отчаянном положении. Она нуждается в помощи, и мне просто не верится, что вы сказали правду. Как вы можете говорить о какой-то любви и при этом нисколько не переживать за нее?

В тусклом свете приборной доски лицо Говарда сделалось бледным как мел.

- Я прошу вас только об одном, Стайлс. Держите, что знаете, при себе до тех пор, пока вам не удастся переговорить с Эллен. Пусть она сама сначала расскажет, как все было.

- Где я могу найти ее?

- Не знаю. Клянусь вам, что не знаю!

Питер нахмурился:

- А не говорила ли она вам чего-нибудь такого, что, быть может, утаила от Маклина относительно того, что произошло в воскресенье? Не говорила, например, что смогла бы узнать их, если они вернутся?