Портье протянул мне ключ.

— Это на втором этаже. Два с половиной доллара в сутки.

Я пододвинул к себе книгу регистрации. Портье добавил:

— Оплата вперед.

Я молча вписал свое имя в книгу и кинул на стойку десятку. Этот тип начинал действовать мне на нервы.

Отказавшись от услуг коридорного, я поднялся на второй этаж. Номер был неплохим, с широкой кроватью и балконом. Окна выходили в маленький дворик, и меня это вполне устраивало. Не люблю шума машин под ухом. Я швырнул чемодан под кровать и отправился в ванную смывать грязь путешествия.

Дом находился в конце Репаблик Авеню и выглядел довольно непривлекательно. Неизвестно, что больше было, в этом виновато: отсутствие солнца или отсутствие хорошего хозяина.

Я зашел в подъезд и нашел по указателю фамилию, которая была мне нужна. Вынув одну руку из кармана плаща, я попытался вызвать лифт, но, как я и думал, он не работал. Мне пришлось одолеть три этажа, прежде чем я очутился перед нужной дверью.

На мои настойчивые звонки никто не отвечал. Через некоторое время, поняв тщетность моих попыток, я спустился вниз. Внизу у самого входа была лестница в комнату портье. Я спустился и постучал. Вскоре послышались шаги и дверь распахнулась. На меня нахлынул запах жареной картошки с луком. На пороге выросла могучая фигура женщины в халате, усеянном жирными пятнами. Ей было что-то между пятьюдесятью и шестьюдесятью, и на ее лоснящееся от жира лицо свисали давно не мытые пряди жирных волос. Подавляя в себе отвращение, я спросил:

— Не скажете, когда можно застать дома мисс Керью?

Наверное, ошеломленная моим появлением, она уставилась на меня и это длилось секунд пять. Потом она уперла руки в бедра и разразилась хохотом. Я терпеливо ждал и, когда она немного успокоилась, повторил свой вопрос. Она вытерла руки о халат и, продолжая ухмыляться, сказала:

— Поздно, красавчик. Птичка упорхнула из клетки. Ищи ее в полиции. — И прежде, чем я что-либо успел понять, она захлопнула дверь перед моим носом.