Ладонь мага легла на черный переплет. Путь, с которого не возвращаются, древняя магия жизни и смерти. Он долго смотрел в узкое окно, где, невидимая за безмятежно синими небесами, приближалась Звезда. Он встанет на этот путь и пройдет его до конца. Каким бы этот конец ни был для него.

– Прунс, - голос мага был спокоен и уверен. - Мне нужно вот что...

Малый с усердием кивал, для хозяина он был готов на что угодно.

Семь пополудни. Еще одна свеча угасла.

Азерран бросил брезгливый взгляд в угол, где покоились искореженные останки, сейчас уже ничем не напоминающие человеческие тела. Деревенские дуры! Они даже не сопротивлялись, только жалобно умоляли его и ревели. Их жизненной силы не хватило бы даже на то, чтобы разжечь камин.

Маг закашлялся. В груди его бушевал негасимый огонь, горло будто когтями царапали, и серая муть поселилась перед глазами. Признаки конца не пугали, он лишь надеялся, что успеет остановить смерть всеобщую до наступления собственной.

На подгибающихся ногах выбрался он из подвала. Чтобы подняться в башню, понадобилось едва ли не полчаса: горящего в легких воздуха до боли не хватало.

Он лишь мельком глянул в дальневзорную трубу. Он чувствовал Зло Звезды всем своим существом, и уже не нужно было проникать взглядом за горизонт, чтобы увидеть ее холодный лик. Тяжело опираясь на почерневшую столешницу, маг одну за другой осушил три кружки воды.

– Хо'яин! - донеслось снизу. Простак Прунс, верно, приволок еще одну деревенскую простушку.

Войдя, Азерран почувствовал: это именно то, что требуется. От девушки, скорчившейся в углу смрадного темного помещения, исходила волна жизнетворной силы, заполняя подвал, заставляя пламя свечей тревожно трепетать.

– Ты молодец, Прунс, - маг ласково похлопал слугу по плечу. - Ты очень помог мне.