– Нет, без Кремля не обойтись. Мечты мечтами, горящие глаза в детстве – это прекрасно, конечно, всех колбасит и плющит, но тут такие риски, на какие не пойдет никакой частный капитал. Надо как-то мухлевать по-хитрому… и очень честно притом. От всей души. А в Кремле тоже люди разные. И похуже, и получше…

– Вопрос, как отличить первых от вторых.

– Ну, это всегда вопрос вопросов…

Двойной грустный смех, усталый-усталый.

Пауза.

И все.

Конец записи.

Слушатели перевели дух.

– Странный документ.

– О да. Казалось бы, обычный интеллигентский скулеж. Очередной "Вишневый сад". Два потерявших себя человека плачутся друг другу в жилетку. Одно удовольствие иметь таких противников. Но есть настораживающие моменты. Первое – сам факт того, что этот разговор был записан. Кому-то, кто, во всяком случае, не глупей нас, он показался настолько важным, что его решено было писать. А потом еще и с нарочным переправлять полную запись неким неизвестным нам хозяевам. Второе – несколько раз названное имя: Борис Ильич.

– Что-то знакомое…

– Вот-вот. Если провести одну прямую через две точки: первая – русские ракеты, вторая – Борис Ильич, то получим Бориса Ильича Алдошина, видного ракетчика еще советских времен. Ныне – научный руководитель смешанной государственно-частной корпорации. Она создана совсем недавно. То ли дочернее предприятие космического агентства, то ли будущий конкурент ему…

– Даже не слышал. Хотя уж мне-то… Нешумное предприятие, судя по всему. Как называется корпорация?