Когда же сверкающие снежинки попадали на землю, то не вспыхнула ни единая травинка.

Теринас завопил от страха и ярости, призывая своих спутников к отмщению. Все вместе они обрушились на базальтовые камни зиккура-та, беспомощно молотя по ним рукоятями мечей и дубинками. И вновь поток сверкающих снежинок устремился на них сверху. Заметив это, люди закричали и поспешили убраться прочь, — и все же вновь пятеро обратились в живые огненные столпы, и колдовское пламя поглотило их.

Теринас понял, что продолжат бессмысленно.

— Отступаем! — выкликнул он. — К реке!

В этот миг Теринас проявил себя достойным вождем. Несмотря на владевший ими всеми страх и злость, он сумел совладать со своей небольшой армией, заставить ее отступить по степи, пересечь реку и вернуться в свои деревни.

— Война началась! — заявил он селянам, прежде чем они расстались. — Мы вернемся, когда раздобудем осадные орудия и перебьем их всех.

Никакая магия их не спасет.

И вот с наступлением ночи они разошлись по своим домам, оставив за спиной в степи один труп, изрубленный на куски, и двадцать пять сожженных заживо, — это были первые жертвы войны, которая грозила затянуться очень надолго.

На склонах горы также опустилась ночь, дымная, темная и влажная. Жрецы, спустившиеся в кратер, наконец, сумели сплести подобие сети из принесенных с собой веревок, закрепили в ней небесный камень и привязали его к дубовым шестам. Пока они пытались вытащить камень наружу, веревки несколько раз рвались, и один из шестов сломался пополам: таким тяжелым оказался этот странный артефакт. С большим трудом им удалось вскарабкаться по склону кратера туда, где ожидал их Тха-Бнар и другие маги. Еще тяжелее дался путь вниз с горы. То и дело возникали все новые проблемы, словно одним своим появлением небесный камень нарушил все законы мироздания. Один из юных жрецов упал и сломал лодыжку; теперь он ковылял, опираясь на двоих товарищей. Принесенные из храма факелы никак не желали разгораться под непрекращающимся моросящим дождем; а один из факельщиков оступился на каменистой горной тропе и сильно обжегся. Но худшая из этих странных неприятностей случилась на полпути вниз с горы, когда люди, что несли камень на веревках и шестах, внезапно бросили его и разбежались с криками: