На секунду улыбка Джейсена померкла, и он оглянулся на двери кабинета Омаса, выглядя так, словно хотел бы, чтобы глава Галактического Альянса быстрее завершил свои дела и вышел. Бен почувствовал то, что привлекло внимание его двоюродного брата; это было явное ощущение конфликта, спора людей, и это было почти так же ясно, как будто слышно ушами, конечно, если ты умеешь слушать Силу. Теперь Бен умел. Джейсен был хорошим учителем.

Бен пристально посмотрел на лицо Джейсена. С недавнего времени он выглядел намного старше. Иногда он выглядел почти таким же старым, как папа. – Что происходит?

— Большая политика, — чуть слышно сказал Джейсен.

Он поднес пальцы к губам, почти прикоснувшись, очень незаметным движением, которое не было понятным никому другому – в данном случае под «другим» понимался только референт Омаса, сидевший за столом рядом с огромной двустворчатой дверью, ведущей в кабинет – но Бен понял намек. «Помолчи».

Внезапно он забеспокоился, как бы не подвести Джейсена. Глава государства Омас не был чужим; он знал его отца, и Бен уже встречался с ним на праздновании годовщины создания государства. По большей части от этого мероприятия ему запомнилось ощущение своего маленького роста в толпе высоких людей, беседующих о вещах, которых он не понимал. Но Бен хотел, чтобы его воспринимали, как ученика Джейсена, а не как сына Люка Скайуокера, «наследника династии», как его тогда назвал один из гостей. Это очень трудно – быть сыном двух мастеров–джедаев, к которым все относятся как к «легендарным». Бен уже потерял счет случаям, когда он ощущал себя невидимкой.

— Глава государства Омас не задержит вас, джедай Соло, — сказал референт, слегка качнув головой в сторону закрытых дверей кабинета Омаса. – У него сейчас адмирал Ниатхал.

«Я снова невидим» — подумал Бен.