— Это правда, Сын Дочери. Частью ты — кровь и плоть Властителей Неба. В тебе течет и наша кровь, но место твое — там, у Властителей. До нас дошли слухи, что мятежники собираются разыскать всех подобных тебе. Они замышляют дурное.

— Изгнание? — Кинкар все еще не мог поверить в то, что слышал.

Риджен покачал головой.

— Нет, не изгнание, Сын Дочери. Но в Стире сейчас находится человек, который неминуемо поднимет мятеж против тебя. Ты должен уйти, пока Стир еще с нами. Уйди от Джорда раньше, чем он станет Стиром…

— Но ведь Сын Дочери — я!

— Все, кто живет в этих стенах, знают о твоем происхождении, — медленно сказал Риджен. — Многие из них обнажат свой меч за тебя, если ты развернешь знамя морода. Но есть и другие, и они не хотят, чтобы графством правил человек чужой крови. Брат пойдет на брата, сын на отца, если ты объявишь себя Стиром.

Кинкар чувствовал себя так, словно с разбегу протаранил лбом стену. Он посмотрел на Вэрда, пытаясь найти сочувствие, но взгляд старою лорда по-прежнему был непреклонен.

— Но куда же я пойду? — спросил Кинкар растерянно. — Ведь Властители Неба покинули нас.

— Нет, — послышался снова шепот Вэрда. — Корабли улетели, но некоторые… остались… Иди к ним… Риджен.

Он сделал знак оруженосцу и закрыл глаза.

Тот был скор в движениях. Прежде чем Кинкар успел сообразить, что происходит, руки Риджена уже снимали с него кольчугу. Затем те же руки надели на юношу пластинчатые латы, а сверху — накидку с выдающей его происхождение эмблемой. После этого Риджен нацепил на Кинкара новый меч.

— Вот твои доспехи, Сын Дочери. А теперь спускайся по внутренней лестнице. Цим ждет тебя во дворе.

Вэрд заговорил в последний раз. Глаза его оставались закрытыми, слова были едва слышны.