- Ага, архитектура все же имеется! Отлично. Это я запишу. Взрывные средства?

- Как это - взрывные?

- Ну, созидательные взрывы, управляемые, для регулирования климата, перемещения континентов или же рек, - есть у вас?

- Пока только бомбы... - сказал я и уже шепотом добавил: - Зато самые разные - с напалмом, фосфором, даже с отравляющим газом...

- Это не то, - сухо заметил он. - Будем держаться духовной жизни. Во что вы верите?

Этот тарраканин, которому предстояло рекомендовать нас, не был, как я уже догадался, сведущ в земных делах, и при мысли о том, что от выступления существа столь невежественного зависит, быть или не быть нам на галактическом форуме, у меня, по правде сказать, перехватило дыхание. Вот невезенье, думал я, и надо же было как раз сейчас отозвать настоящего специалиста-землиста!

- Мы верим во всеобщее братство, в превосходство мира и сотрудничества над ненавистью и войнами, считаем, что мерой всех вещей должен быть человек...

Он положил тяжелый присосок мне на колено.

- Ну, почему же именно человек? Впрочем, оставим это. Ваш перечень состоит из одних отрицаний - отсутствие войн, отсутствие ненависти... Ради Галактики! У вас что, нет никаких положительных идеалов?

Мне было невыносимо душно.

- Мы верим в прогресс, в лучшее будущее, в могущество науки...

- Ну, наконец-то! - воскликнул он. - Так, наука... это хорошо, это мне пригодится. На какие науки вы расходуете больше всего?

- На физику, - ответил я. - Исследования в области атомной энергии.

- Это я уже слышал. Знаете что? Вы только молчите. Я сам этим займусь. Выступлю, и все такое. Положитесь во всем на меня. Ну, в добрый час!

Машина остановилась у здания. Голова у меня кружилась, перед глазами плыло; меня вели хрустальными коридорами, какие-то невидимые преграды раздвигались с мелодическим вздохом, я мчался вниз, вверх и опять вниз, тарраканин стоял рядом, огромный, молчаливый, в складках металла; вдруг все замерло; стекловидный пузырь раздулся передо мной и лопнул.