- Э-э... космические полеты... - начал я.

- Это само собой, иначе бы вас тут не было,- пояснил он, пожалуй, слишком бесцеремонно, как мне показалось. - На что вы тратите основную часть национального дохода? Ну, вспомните - какие-нибудь крупные инженерные проекты, архитектура космического масштаба, пусковые гравитационно-солнечные установки, ну? - быстро подсказывал он.

- Да-да, строится... кое-что строится, - подтвердил я.- Национальный доход не слишком велик, много уходит на арми...

- Армирование? Чего, континентов? Против землетрясений?

- Нет... на армию...

- Что это? Хобби?

- Не хобби... внутренние конфликты... - лепетал я.

- Это никакая не рекомендация! - заявил он с явным неудовольствием.Не из пещеры же вы сюда прилетели! Ваши ученые давно должны были рассчитать, что общепланетное сотрудничество безусловно выгоднее борьбы за добычу и гегемонию!

- Рассчитали, рассчитали, но есть причины... исторические причины, знаете ли...

- Не будем об этом! - перебил он. - Ведь я тут не для того, чтобы защищать вас как обвиняемых, но чтобы рекомендовать вас, аттестовать, подчеркивать ваши достоинства и заслуги. Вам понятно?

- Понятно.

Язык у меня онемел, словно замороженный, воротничок фрачной рубашки был тесен, пластрон размяк от пота, лившего с меня ручьем, верительные грамоты зацепились об ордена, и верхний лист надорвался. Тарраканин - вид у него был нетерпеливый, а вместе с тем высокомерно пренебрежительный и как бы отсутствующий - заговорил неожиданно спокойно и мягко (сразу было видно матерого дипломата!):

- Лучше я расскажу о вашей культуре. О ее выдающихся достижениях. Культура-то у вас есть?! - резко спросил он.

- Есть! И превосходнейшая!- заверил я.

- Вот и хорошо. Искусство?

- О да! Музыка, поэзия, архитектура...