— Почему решили, что?.. — быстро поинтересовалась Бабуля.
— Всему своё время, миледи. Я расскажу и об этом. Позвольте по порядку? — Милорд Джимми по всем правилам этикета склонил свою благородную седину, уважив благородную черноту Ррри, и повествовал далее: — Мы не знаем, где он. И не можем предоставить Реставрационному Совету, состоящему из лидеров экскалибурцев, эмигрировавших подальше от революции, доказательства его присутствия среди живых человеков. Совет требует объявить Майкла наследным Принцем. Но пока Джон-Карл-младший жив, я не имею права нарушить завещание брата. В этом своём нерушимом мнении... из членов Совета к нынешнему дню я пребываю практически в одиночестве, меня поддерживает лишь сам Майкл, и это придаёт мне силы продолжать поиски...
Милорд вновь запнулся, на мгновение прикрыл глаза.
«Э-э-э, а ведь у него тоже кусочек сердца остался! — подумал, насколько помню, я тогда. — Не сплошная глыбка льда. Удивительный дядя. Самому королём не суждено было стать и сыну не даёт. Неужто и вправду братца своего любил по-настоящему?.. А ведь похоже. Ничего себе! И среди аристократов, оказывается, случаются, в виде исключения, человеки, не отравленные самым сильнейшим наркотиком всех времён и рас — Властью...»
— Но у меня остаётся всё меньше времени, я ведь уже немолод. — Милорд продолжал говорить ровным тоном, но мне вдруг почудился в этой монотонности некий намёк па грустную усмешку. — Мне гораздо больше лет, чем может показаться на первый взгляд. До сих пор надежда придавала мне силы жить, но...