Прямая (когда ей это выгодно), как линейка, Бабуля в лоб спросила:

— Сколько? И почему вы столь с нами откр-ровенны?

Я знаю: не зря она спрашивала. Я бы аналогичные вопросы задал.

— Сто сорок два. Майкл у меня довольно поздний ребёнок. Был ещё сын, но... извините, до таких пределов моя откровенность не распространяется, да и к предмету нашей беседы это не относится. А достаточно откровенен я с вами потому, что собираюсь вас нанять и знаю, что это будет нелегко. Одним из факторов, повышающих шансы на успех, является предоставление вам наиболее полной информации о сути, подоплеке и условиях предлагаемой вам сделки.

Ррри с непроницаемой мордой перекладывает себе на колени рюкзачок, в который сложен её шикарный выходной костюмец и кое-что ещё, и вынимает из него маленькую плоскую коробочку. Комментирует:

— Это суперпробойный терминал свитсмоукской конструкции. Он спокойно передаёт сквозь все твои экраны, Джимми. Обошёлся мне в целое состояние. Аппарат был включён на передачу всё это время.

«Вот это она дала так дала! — изумился я. — Вот этого её финта ушами я в упор не по-онял...»

— Я догадывался, — наклонил голову милорд. — Меня это не волнует. Я не хочу, чтобы нас услышали нежелательные уши, но зеро-сеть вашего корабля, в память которой поступает ваш кодированный сигнал, к таковым ушам мною не причислена. К тому же корабль будет уничтожен, если мы не договоримся. Таким образом, вся конфиденциальная информация погибнет вместе с ним и его внутренней сетью.

Ба не смотрела на меня, но шевелила ушами в условленном между нами сигнале: «Внимание, уровень враждебности повышается!»

Ещё бы!!

— И какова же суть вашего предложения? — поинтересовалась Ба.