В час, когда обыватели московские спят и видят свои предпоследние сладкие сны, когда ворочаются и дрожат на чердаках и в подвалах от предрассветного холода бомжи, когда вываливают из закрывающихся кабаков веселые, сытые люди - менты и бандиты, у нас рабочий день уже начался. Грузят торговые люди в "жигули" и "Волги", "газели" и подержанные иномарки тюки и коробки, ящики и баулы, вынося их из своих квартир, гаражей и арендованных складов по всей Москве и

Подмосковью.

Раздражая страдающих бессонницей стариков и неврастеников, хлопают дверцы багажников, чихая, заводятся и прогреваются моторы, вспыхивает ближний свет фар и из дворов и переулков выползают на трассы забитые барахлом автомобили. Из Зеленограда и Люберец,

Подольска и Видного катят и катят по пустым шоссе водители, останавливаются на постах ГИБДД, предъявляют настоящие, а чаще

"левые" документы на груз, "отстегивают", въезжают в город, постепенно смешиваясь с себе подобными из Чертанова и Ясенева,

Медведкова и Строгина. Все они держат путь в Лужники, а проще в

"Лужу" - крупнейший московский рынок, широко известный по всей

России и далеко за ее пределами - в Китае, Турции и других

"неверных" землях.

Вот она - Лужа, справа и сзади остаются древние стены

Новодевичьего монастыря, впереди завиднелась черная дыра проезда под

Бережковским мостом, в которую медленно втягивается хвост многорядной колонны автомобилей - торгаши въезжают на платную лужниковскую автостоянку. Разные бывали порядки: бывало, при въезде отдай пятнашку за первый час стоянки, а пять минут просрочил - плати, как за целый день, тридцать пять рубчиков. Теперь по-другому: тридцатник, хоть за пять минут, хоть за весь день. Сколько машин проходит в день через стоянку? Может, пять тысяч, может, десять или пятнадцать, их никто не считал. В "оптовые" дни и места свободного не найдешь, хотя деньги уже уплачены. Бывало, что внутри этой платной стоянки устраивалась еще одна - "охраняемая" - еще червончик. Бывало и так: охранники сначала загоняли машины на