Глава 3. Бессмертный

Комиссар в замешательстве отпрянул. Его рука машинально легла на рукоять бластера. Существо казалось слепым, но глаза глядели прямо на звездолётчика, а это значило, что неведомый обитатель планеты видел его!

В поведении существа не чувствовалось агрессивности. Оно приподняло свою большую голую голову и медленно, как бы с трудом, повернулось в сторону пришельца.

Никакого выражения не обозначилось на лице аборигена, и всё же по некоторым едва уловимым признакам комиссару показалось, что тот удивлён. Четыре шестипалые руки шевельнулись и, как змеи, заскользили по подлокотникам. Существо приоткрыло рот и сделало движение губами. Казалось, оно говорит, но в безвоздушном пространстве комиссар не мог услышать ни звука. Он вскинул правую руку, показывая открытую ладонь. Практически на всех мирах Конфедерации, где обитали антропоморфные гуманоиды, этот жест означал приветствие и предложение мира. Существо с минуту медлило, видимо обдумывая его жест, затем тоже подняло одну из своих ручонок и показало её ладонь Дарту. При этом оно продолжало открывать и закрывать рот.

Комиссар не мог отделаться от ощущения, что абориген говорит. Он невольно задумался. На просторах Вселенной можно встретить что угодно, даже существ, чьи природные речевой и слуховой аппараты способны воспроизводить и воспринимать звуки в космическом вакууме. Полного вакуума в космосе, как известно, нет. Пустота космического пространства только кажущаяся, на самом деле она полна различных волн и излучений. Не исключено, думал Дарт, что и это загадочное существо способно создавать и слышать звуковые сигналы в одном из диапазонов реликтовых излучений космоса.

Предположение выглядело малоправдоподобным, но его необходимо было проверить. Комиссар быстро вернулся к челноку и достал из багажного ящика лексикатор — прибор в виде плоского диска сантиметров пятнадцати в диаметре, способный улавливать звуки чужой речи, тут же их расшифровывать, переводить на галактическое эсперанто и воспроизводить с помощью механического имитатора.