Дарт мельком подумал, что за профессором следовало бы проследить — всякое могло случиться, но всё же он решил не подавать аборигену лишнего повода для подозрений. Он расположил перед собой клавиатуру и занялся составлением текста донесения.

Текст должен быть кратким и ёмким, способным уместиться в одну единицу информации, передаваемую за сотую долю секунды. На текст большего объёма просто не хватит энергии. Нащёлкав три фразы, Дарт ввёл текст в компьютер и задал соответствующую программу. Электроника вскоре выдала необходимый блок, подготовленный для передачи по нейтриноволне.

Профессора не было минут двадцать. Наконец его фигура снова замаячила между колоннами. Гуманоид сходил по полированным ступеням, держа в двух нижних руках какую-то коробочку. Она была раскрыта, и он верхними руками на ходу перебирал её содержимое.

— Вы готовы? — спросил Дарт, когда он подошёл.

— Теперь да, — ответил гуманоид.

— Садитесь в кабину. Нам предстоит полёт на предельной скорости. После того, как я отправлю донесение, счёт времени для нас пойдёт на секунды.

Гуманоид замешкался.

— На секунды? — переспросил он. — Это ещё меньше, чем минута?

— Секунды унифицированного межгалактического времени, — Дарт постучал костяшками пальцев по панели пульта, демонстрируя длительность секунд. — Сто секунд составляют одну минуту, сто минут — один час, сто часов — одни сутки, сто суток — один год. Сейчас восемь тысяч двести одиннадцатый год от основания Конфедерации.