И еще он мог находиться в вакууме.

Пройдя сквозь мерцающий экран, Апис выпустил почти весь воздух из легких, а затем слюна на его губах, превратившись в подобие смолы, плотно запечатала их. Тело несколько раздулось, потом его форма стабилизировалась.

Ухватившись за старые перила, прикрепленные к стене, юноша медленно двинулся в сторону пилона и спустя пять минут уже внимательно изучал его. Среди металлических подпорок на тонких волокнах висело что-то вроде плесени металлического зеленого цвета, по текстуре – как удалось определить на ощупь – напоминавшей дерево. Сначала Апис был озадачен, а потом испугался, заметив, что от плесени к некоторым из ближайших подпорок тянутся нити. Воспользовавшись специальными энергетическими ножницами, он ловко отрезал кусочек субстанции, потом приложил молекулярный тестер к подпорке, но она рассыпалась, едва тестер коснулся ее. Кулант дотронулся им до другой подпорки, и та тоже треснула – хрупкая, как обожженная кость. После того как от прикосновения тестера через мгновение распалась на куски третья подпорка, принимающая антенна-тарелка полетела вниз. Апис едва успел отскочить в сторону, а подпорки все продолжали рушиться. В панике он поспешил назад к мерцающему экрану. Хотя для четырнадцатилетнего юноши Кулант был развит не по годам, справляться с эмоциями ему еще предстояло научиться.

Придерживая левой рукой белокурого мальчика, пристроившегося на ее колене, женщина не без труда перевернула правой рукой страницу детской книжки и продолжила:

– "С братцем, что жил в домике из тростника, случилась настоящая беда. Однажды ночью героин остановился возле его дома… " И что же он сделал?

Ребенок потянулся и ударил по картинке пухлым пальчиком. На изображении существа, отдаленно напоминавшего болотную шпицу, появился отпечаток.

– Героин, – сказал он, широко распахнув глаза, удивленный собственными познаниями.