— Если нам удастся достичь океана, — нарушил затянувшееся молчание Броуди, — лететь будет гораздо безопаснее. Чужаков там нет.

— Океана? — одновременно переспросили мы с немцем. Оба ведь слышали, как Советник приказал пилоту лететь ко «второй российской зоне», и теперь терялись в догадках, что же за океан нам предстоит пересечь. Мы не представляли, где находимся, но полагали, что недалеко от мест наших боев, и никак не могли предположить, что попали «за океан».

— Мы в Мексике, — пояснил Советник. — Так уж получилось, что профессор Левин незадолго до нашествия инопланетян прибыл сюда читать курс лекций в одном из университетов. Поэтому, когда началась война с чужаками, ему пришлось продолжить эксперименты по перемещению во времени не у себя в России, а здесь.

— В принципе разницы большой нет, — вступил в разговор Левин. — У нас давно не существует границ, мир стал единым, и государства чисто номинальны. Но необходимое для дальнейшей работы оборудование есть только в российском Уральском центре. Времени у нас нет, нужно срочно начинать процесс. Да и здешняя база, как вы успели заметить, только что уничтожена инопланетянами.

— Война идет всего три недели, — продолжил Советник, — а чужаки уже захватили все наши планеты-колонии и опустошили Землю. Осталось всего несколько очагов сопротивления. Два из них находятся в России.

— Да посмотрите сами, — Левин указал на боковой экран, на котором видно было, что творится внизу. — И этот ужас повсюду.

Мы подлетали к разрушенному городу, полностью объятому пламенем пожарищ. Большинство домов превратилось в горы обломков, лишь высокие шпили нескольких уцелевших небоскребов торчали ввысь, напоминая о былом величии города. Наверняка когда-то он был красив и статен, но сейчас производил страшное впечатление. Все разрушенные города выглядят одинаково, успел я их повидать множество.