– Прочитал?

– Да.

– Мнение?

– Если это враг…

– Если! – усмехнулся шеф. – Вариант «Друг» даже не рассматривай!

– Почему?

Федосей ощутил, как именно сейчас он переходит какую-то грань в отношениях со своим прямым начальником, и такой наивный в общем-то вопрос вполне уместен.

– Потому что друзья не по нашей с тобой части.

Физиономия Федосея не то чтоб выразила несогласие с этим словами, но что-то такое там шеф углядел и добавил, разъясняя ситуацию.

– Да даже если и так, это ведь Кремль, а не молочная лавка. Представляешь, если такие друзья под окнами у товарищей Сталина и Калинина летать повадятся. Сперва просто так, как в тот раз, а потом, может быть, и с бомбой…

Став серьезным, добавил:

– Судя по маневренности, если это действительно аппарат, созданный руками человека, а не какая-нибудь шаровая молния, получается настоящая террор-машина. Подлетел, выстрелил, скрылся… и не догонишь.

– Самолет… – начал было Малюков, но шеф перебил его, поняв главную мысль.

– Самолет его, может, и догонит, а может быть, и нет. Да и когда он от Тушино или с Ходынки до Кремля долетит? А тут…

Его ладонь покрыла рапорт:

– А тут за полминуты его включил и удрал. Ты-то ему времени, думаю, больше не дал?

Малюков отрицательно покачал головой. Действительно, у беглеца после его прыжка с крыши на землю было на все про все не более двух минут. А ведь еще добежать нужно было, замок отомкнуть… Болеслав Витольдович неожиданно перешел к иным личностям.

– А твой дядя – молодец! Хоть и на паровом молоте стучит. Кремлевцы его упустили, а дядя твой…

Болеслав Витольдович покивал со значением.

– По первому рапорту…

Он тряхнул папкой «Происшествия».

– …у нас создана группа, которая занимается этим случаем. Сам видишь, какие возможности этот аппарат может врагам предоставить. Так что подключу тебя к ним.